ТЕКСТ
===============================
(Общая молитва)
– В Библии написано: Иисус сказал: «Не заботьтесь о завтрашнем дне, потому что день завтрашний сам позаботится о себе». Что это значит, «не заботиться о завтрашнем дне», – не делать что-то от себя, не планировать от себя самого?
– Смотрите, Господь говорил соответствиями, представительностями по соответствиям. Вот Он, например, говорит, что нужно всё свое имущество раздать бедным. (Когда Он разговаривал с этим молодым парнем, который сказал, что исполнил все заповеди). Но Он имел в виду, что необходимо расформировать свои старые представления, а не раздать имущество.
Опять же, вот эти советы Нагорной проповеди: если тебя ударили по правой щеке, подставь левую, если у тебя забрали плащ, так отдай ему рубашку. Это всё работает только в такой странствующей общине, которая живёт подаянием, – если брать буквальное прочтение. Но Господь, опять же, говорил не буквально, Он представительностями по соответствиям объяснял вещи внутренние языком вещей внешних.
На эту тему у меня уже было занятие когда-то.
То есть, если взять совсем буквально, то общество должно распасться, превратиться в охотников-собирателей, которые будут жить плодами природы, да и то – только в теплом климате. И самое главное – в нем будут царствовать беззаконие и бандитизм, потому что если тут не будет ни судов, ни полиции... Ну, какая полиция, если столько христианских принципов, что нужно щеку подставлять?
Поэтому Господь, вся Его жизнь, вот такое нищенствующее странствование, – это было представительство по соответствиям.
И по этой причине были большие проблемы, как христианам строить жизнь на основании Нового Завета. Потому что с Ветхим Заветом – там всё понятно. Он ограничивает беззаконие, он даёт заповеди во второй половине Десятисловия, то есть: не кради, не прелюбодействуй, не ненавидь ближнего, тем более не убивай его, не воруй, не завидуй. Всё это в любом общественном строе будет работать, – что в коммунизме, что в капитализме, что в феодальном, что в рабовладельческом.
Но в христианстве, – я об этом уже говорил, – на самом деле, прежде чем человек станет христианином, ему нужно стать праведным иудеем.
Вот у этого юноши, в той же притче, когда Господь с ним разговаривает, Он первым делом чтО спросил: «Как ты исполнил эти заповеди Десятисловия?» Тот сказал, что «Я их исполнил». То есть человек сначала исполняет вторую часть заповедей Десятисловия, а потом Бог для него – и в нем – исполняет первую часть. Потому что человек, до тех пор, пока он не преобразован Богом, не может Бога не только любить, а даже в Него верить. Он не может по-настоящему почитать церковь, он не может по-настоящему праздновать субботу. Он будет выполнять внешние ритуалы, но внутреннее будет там дьявольское. То есть, когда падший человек приходит к церкви, он связан со злыми духами. И пока эти злые духи не будут из него изгнаны, он превращается в такого, ну, начётчика, «богопоклонника», и все такое прочее. Но во всем его богопоклонении присутствуют дьявольские побуждения, потому что он думает только о себе и только о чувственном.
И вот, когда человек начинает исполнять вторую половину десяти заповедей, – то есть прекращает творить зло, – тогда Господь его внутреннее от побуждений ко злу очищает. И он, праведный иудей, готов к христианству, когда он полностью очищен, когда у него нет уже этих побуждений ко злому – к прелюбодеянию, к зависти, к мстительности, к ненависти. И вот в этот момент он должен раздать всё свое, так сказать, иудейство, которое он приобрел, все свои представления, и войти в христианство.
Но что значит войти в христианство?
Без второго божественного пришествия человек не может правильно соблюдать заповеди первого пришествия. Потому что все эти заповеди – внутренне духовные, и говорились по соответствиям. Вот почему Господь говорит, что вы должны дождаться Моего второго пришествия.
И просто эти бедные, их первые христиане, думали, что вот, Он завтра-послезавтра придет. Поэтому они организовали эту иерусалимскую общину, в которую – ну, если Он придет завтра-послезавтра, – они снесли всё имущество, что у них было, чтобы иметь ежедневное пропитание и дожидаться.
Мне рассказали такую историю. Одна девушка стала Свидетельницей Иеговы. И им говорили, что вот, Бог завтра придёт во второе пришествие. И она сказала – а к чему работать-то, если всё равно уже? И прекратила работать. То есть жила, я уж не знаю, на что она там жила. Вот это был тот же подход: если Он завтра придёт, то что уж там... И они так жили, пока римляне не разгромили Иерусалим, пока они не разбежались.
А у других язычников даже и это не работало. Они собирались в общины, но никто не превратил их, как в Иерусалимской общине, чтобы всё имущество сносить и жить. Там были и богатые, и бедные, и это перешло просто в благотворительность. То есть богатые члены делились с бедными членами общины, вдовами, сиротами.
И это все было хорошо, но такая система сразу начала привлекать кучу бездельников и дармоедов. Знаете, если где-то начинается раздача бесплатного супа...
Ну, вот как яркий пример, – иногда государство этим занимается в Соединенных Штатах. Велфер – это же изначально задумывалось как? Что вот, человек потерял работу, ему нужно как-то прожить, но он, бедный, горит желанием вернуться на работу. И, пока он ее найдет, чтоб семья его не померла с голоду, – это было еще во времена Великой депрессии, – раздают бесплатный суп, и все такое. А государство начало выдавать фудстемпы (то есть ты идешь в супермаркет, берешь еду, а тебе за это государство выплачивает). В результате получилось так, что в негритянских гетто уже третье поколение, если не четвертое, они работают и живут за счет этого, а фудстемпы они продают и на это наркоту покупают.
То же самое было в первохристианской церкви. Как только там началась такая благотворительность, туда попер вот этот, что называется, люмпен-элемент.
Вот, мне рассказывали, в Киев приехал какой-то американский миссионер. Ему община американская платила, чтобы он в Киеве проповедовал. Ну, а понятно, что он будет получать деньги в зависимости от количества паствы, сколько он там наберет. И он такую «гениальную» схему разработал: каждому пришедшему к нему на богослужение выдавал пару килограмм крупы. И все местные алкаши, бомжи и так далее к нему начали собираться. Потому что им хорошо: они еду уже там имеют, а деньги могут тратить на водку. И у него такая большая община собралась, всё замечательно. Только понятно, что им проповедь христианская была до лампочки, им важно было, что там пшено раздают.
Точно так же было с этой первой христианской общиной.
Почему? Потому что там возвеличено «блаженны нищие». Это уже потом кто-то прибавили «духом», чтобы объяснить. А имелось в виду, что «нищие».
Как один православный говорил: «Мне так богатых жалко, – они не смогут войти на небеса». То есть возникла идея, что единственный способ богатому войти на небеса – это раздать свое имущество.
Все это было хорошо, пока община была маленькая. Ну, кто-то раздал имущество, кто-то не раздал. А когда это перешло на государственный уровень, если бы это стало системой, то государство просто бы развалилось и погибло в экономической катастрофе. Поэтому этим священникам пришлось какие-то интерпретации придумывать. Ну вот, вроде «блаженны нищие», но – «духом», а не вообще нищие.
И хотя благотворительность оставалась в христианстве вроде бы господствующей любодеятельностью, но все равно получалось, знаете, как в том анекдоте, что приходит к ксендзу богатый человек, и говорит: «Знаете, вот я в молодости был бандитом, убивал людей, грабил. А теперь я задумался о том, что за это же придётся заплатить, наверное. И меня интересует такой вопрос: если я полтора миллиона отдам на церковь, мне это всё отпустится?» Тот на него так смотрит, и говорит: «Знаете, гарантировать я ничего не могу, но на вашем месте я бы рискнул».
Всё монашество строилось на том, что люди как бы отказывались: «Если я не могу жить в миру и соблюдать заповеди, то как поступить? Я должен отказаться от имущества, уйти, жить одиночкой, отшельником, и тогда я не буду грешить». Но проблема заключалась в том, что, если у тебя нет возможности проверить, насколько ты грешен или не грешен, то непонятно, очистился ты от греха или нет.
Потом перевели это в юридическую плоскость, что от греха можно откупиться. Как в этом анекдоте, что полтора миллиона дашь, и всё, – тебя откупят. И священники взяли на себя функцию отпущения грехов. Им приносили деньги, они возлагали руки. Да, они при этом рассказывали, что вот, ты покаялся, нужно прекратить делать грех. Это было и в православии, и в католицизме. А потом пришли протестанты и вообще сказали: «Всё, тебе грех отпущен, ты уже спасен».
Я постоянно эту историю рассказывал, как я общался с одним американским миссионером. Я думал, что эта глупость уже осталась в прошлом. Я ему задал такой вопрос: «Вот ты грешил, потом покаялся. А если ты дальше грешишь, тебя это осуждает?» – «Нет, конечно не осуждает. Всё, ты уже спасён». Я на него смотрел и не мог поверить, – как человек может так думать. Почему? Потому что – юридическая плоскость, что грех это некое юридическое деяние, от которого можно откупиться, а не понимание, что это болезнь, от которой нужно вылечиться. И что грех отпущен только тогда, когда тебя больше не тянет его совершать.
Потому что человек не может очистить внутреннее состояние своего духа, – он может только пресечь проявление грехов наружу. И вот, когда человек находится в таком состоянии, что он пресекает дух зла, то есть его побуждение (потому что всякое наше побуждение – это конкретно ассоциированный с нами дух), тогда эти злые духи начинают страдать, что они уже не могут через человека реализовывать в действии свои похоти. И тогда они от него отходят.
Но для этого человек должен впустить внутрь Господа. Как? – он должен Его принимать как своего Бога и Спасителя. Это раз. И во-вторых, он должен понимать, что он борется с грехами не ради чего-то другого, даже не ради того, чтобы его впустили в рай, а потому что это зло. То есть потому, что это зло против Бога. Вот как. Сначала веришь, что Иисус Христос твой Бог, а потом борешься против зла, как грехов против Него. И вот тогда Господь входит. То есть как входит? Тебе присоединяются добрые духи, потом ангелы, и Он в них присутствует и уже не впускает злых духов вернуться. Иначе получается как в той притче, что если злой дух ушел из тебя, а потом скитался по безводным местам, голодный, потом возвращается, видит твой дом выметенным и прибранным и тогда сам входит, и приводит семь злейших.
По сути, христианство имело в виду, что праведный иудей просто становится нищим, действительно духом. То есть он в своё, иудейскость отходит и принимает духовное от Господа. Но – в Его втором пришествии.
Опять же, подчеркну: пока эти заповеди Евангелия не были объяснены, люди не могли понять – что же дальше? Может, действительно нужно раздать свои имущества, может, действительно нужно уйти в скитающиеся нищие? Вот вроде Франциска Ассизского, который был богатым сыном богатого отца, и он полностью отказался от богатства и ушел, начал служить людям.
Ну, хорошо, – отказаться. Допустим, когда ты сам нищий или низкооплачиваемый, ты, как говорится, много не теряешь, правильно? Ты отказался, ушел в монастырь, в послушники. Потому что пролетарию нечего терять, кроме своих цепей, а наоборот – цепи. Всякий подённый труд ты сбросил, а нашел тех, кто тебя кормит, потому что ты называешься «христианином», а богатые члены общины на тебя отстегивают и тебя кормят, и ты уже счастлив. Но все-то не могут такими стать.
И христианство – оно так и осталось, что сначала человек проходит через духовное иудейство. А что такое иудейство? Все вот эти бесчисленные ограничения и так далее, они все тоже должны пониматься духовно. Иудейство начиналось с десяти заповедей. Ни с похода [в землю Ханаанскую?], ни с вывода из Египта, ни в пустыне пребывания. А тогда, когда Иегова, то есть Сущий, дал Моисею скрижали, заключил с Иудейской Церковью, с иудейским народом договор: что вы исполняете вторую часть скрижали, а Я для вас исполняю первую. А всё остальное – это уже были дополнения, то есть они должны были все эти ограничения (например, на некошерную пищу, и так далее) исполнять потому, что церковь тогда была представительствующая по соответствиям.
То есть договор этот мог быть исполнен только во время первого пришествия Господня. Вот когда Он пришел, Он принес духовную, божественную любовь. Вернее, в Себе создал благолюбие, и вот из этого благолюбия Он мог всех тех, кто жил от времен падения Древнейшей Церкви, – тех, которые были в Древней церкви, в Авраамической Церкви, потом в Иудейской церкви, – если они были праведными, Он мог их исполнить новой волей через это благолюбие, и ввести их в небо духовное и сделать ангелами духовными. А до этого они должны были смиряться, поститься и исполнять внешние заповеди. Вот как в Иудейской Церкви все эти ограничения – не есть свинины, не делать того, не делать этого, подчиняться тому, что те [священники] говорят.
И если бы весь народ, приняв вот эти десять заповедей, начал бы жить по этим десяти заповедям и исполнять данные им ограничения... То есть это была у них помощь небесам. В их сознании, в тех местах, где у них были все эти ограничения, на некошерную еду и так далее, – вот там жили ангелы до первого Господнего пришествия. На них покоились небеса. Потому что все эти действия представительствовали по соответствиям вещи духовные. А потом, когда Господь совершил своё первое пришествие, прославление и так далее, Он очистил...
То есть вот если бы иудеи с самого начала все, весь народ соблюдал эти заповеди, а те, кто не соблюдал, с ними поступали бы так, как поступали – побивание камнями и так далее... Ведь нам говорят: вот, там, за супружескую измену, это так жестоко побивать камнями. Но это, фактически, очищение народа. Народ перед Богом – как единое тело, и когда в нём заводится похоть, зло и так далее, он побивает, устраняет, а народ, как единое тело, живёт. Это как в теле: если появилась раковая опухоль или нарыв, или так далее, его нужно лечить, а не получается – так вырвать и провести операцию. И это по отношению... раковая опухоль может при этом вопить: «Как это жестоко, вы меня лишаете источников питания, убиваете!» и так далее, но на самом деле это спасает всё тело.
Но там это зло нарастало, нарастало, нарастало. И в результате церковь полностью выродилась, она превратилась в чисто внешний тип богопоклонения, и заповеди уже никто не соблюдал. Не только по отношению ко внешнему, но и по отношению к внутреннему.
И тогда пришёл Господь и начал восстанавливать. Ведь Он сначала проповедовал восстановление духовного иудейства. Вернее, даже не Он это начал проповедовать. Ещё Иоанн Креститель, он говорил иудеям – «Покайтесь!» И когда они приходили, всякие там фарисеи, книжники, он их спрашивал: «Порождения ехидны! Кто это вас надоумил сюда приходить?» Потому что те подозревали, конечно, что их стиль жизни ведёт их к гибели. Говорит: «Принесите достойный плод покаяния, иначе погибнете!»
И потом пришёл Господь, и для тех, кто покаялся этим покаянием Иоанна Крестителя, Он принёс духовное просветление иудаизма. И если бы они Его приняли, то не понадобилось бы учреждать никакой новой церкви, а Иудейская Церковь просто переродилась бы, стала Господней. Вот, она дождалась своего Мессию, она приняла Его, и она духовно переродилась. Но – они не захотели. Как тот юноша, – он не захотел раздавать свои внутренние богатства, он опечалился и ушёл. Ну, а те не только не ушли, они ещё Мессию распяли. Но Мессия воскрес и всех верных Иудейской Церкви апостолов... и так далее...
Ведь христианство началось с Иерусалима, оно началось с иудеев, только таких, которые покаялись и просветлились. И только потом оно пошло к язычникам. И, честно говоря, апостольская церковь, несколько поколений, – это всё потомки первых иудеев, которые вошли в христианскую церковь. Ну, и язычников, которые согласились подчиняться этим правилам, когда Господь все эти четыреста с чем-то ограничений [закона Моисеева] перевёл в духовное.
Вот интересно, Павел говорит, что мы тут вас кормим, как младенцев, молоком, а твёрдой пищей мы питаем только уже людей зрелых. А что такое «твёрдая пища»? Вот есть такое послание Варнавы, которое не вошло в Новый Завет. Да даже Послание к евреям, где Павел духовно изъясняет все заповеди иудаизма. А в послании Варнавы – там вообще всё идет на символическом уровне истолкования Ветхого Завета. То есть, я думаю, что у них было духовное истолкование Ветхого Завета, у вот этой апостольской церкви, и пока оно ещё полностью не отделилось от иудаизма.
А язычники, наоборот, принесли туда всё то, что потом превратилось и в культ святых, и в почитание останков. То есть они языческое тащили, они не очищались. Ни один праведный иудей никогда в жизни не позволил бы себе поклоняться мёртвым останкам, каким-то мощам, или почитать кого-то святым, – потому что свят только Бог. Вырождение христианской церкви произошло оттого, что её потом наполнили вот эти языческие остаточности. А те первые иудеи, они постепенно растворились в этом большом языческом море, и всё это переродилось.
И так возникла Христианская Церковь. Но нам известно, что Христианская Церковь кончилась во время Никейского собора, то есть когда язычество окончательно возобладало. Это римляне были помешаны на юридическом аспекте, и это они перевели аспект покаяния, как излечения от зла, в аспект юридического оправдания. То есть: покаялся, на тебя священник руки наложил, а он – как судья, у него есть сила прощать грехи. И именно в Риме возникла вот эта ересь, – римская блудница, не зря так называется, – ересь того, что священники обладают возможностью прощать грехи и закрывать и открывать Царство Небесное.
Но чтобы как-то приспособить церковь к обществу римскому, начали его обкарнывать. Не только была проблема с тем, что священников объявили открывающими и закрывающими Царство Божие и так далее, но создали целую систему – как, поклоняясь Евангелию, фактически не исполнять буквально его заповедь, то есть не следовать за ним. Время от времени людей прорывало, это не один же был Франциск Ассизский. Франциск Ассизский – это просто тот, который наиболее известен. А время от времени людей прорывало. Они начинали читать вот эти тексты евангельские, говоря: «Ну как же? Ну, тут же сказано, что не копи себе имущество, что всё нужно раздать, что нужно служить ближним», и так далее. И они слетали с катушек и начинали уходить в пустыни. Вот так из них потом монашество сформировалось.
Они начинали, как Францис Ассизский жить только для ближних. Но Франциск Ассизский спасался от зол жизни. То есть он уж точно не нарушал первую половину: он не прелюбодействовал, он не лгал, он не завидовал, он не крал. И когда тот же францисканский орден сначала организовался, это был орден нищенствующих, то есть у них не было совершенно никакого имущества. Вспомните, был такой фильм «Имя розы». Это достаточно обкорнанная экранизация книжки, в книжке это лучше изложено. Вот какой там был вопрос: принадлежала ли одежда Иисуса Христа Ему самому, или не принадлежала? То есть, тот же вариант: может ли монах иметь собственность, или не может? Потом францисканские монастыри прекрасно себе опять начали собирать земли, заводить собственность.
И это всё потом пришло в виде социализма, – что собственность развращает человека. Если у человека отнять собственность, то он станет счастливым, честным и будет трудиться только ради труда. И возникал вопрос: какую собственность? Собственность на средства производства, собственность на личное имущество. Вообще превратить в коммуну такую, чтобы всё было общее, и у человека не было даже собственной рубашки. Ну, коммунизм. Идеал коммунизма – это всё общее. Вот есть некий центр, с которого всё это раздается. Но правда, оказалось, что когда чиновники в этом центре распоряжаются собственностью, то это еще почище, чем если ею владеть. Потому что если владеть, то ты отвечаешь за собственность, тебе жалко и всё такое, а когда ты чиновник, то ты ею распоряжаешься, и тебе не жалко. Сейчас растратили – новое принесут, где-нибудь еще найдем. То есть вот это заблуждение, которое возникло из буквального прочтения евангельских заповедей, в результате своем выродилось в социализм. Но изначально это было именно как в той первой христианской общине, что всё снесли вместе и теперь вместе будем питаться – потому что вот, Господь завтра придет.
Но когда Господь пришел, когда состоялось второе пришествие... Вот в чем для всякого христианина высочайшая драгоценность книг, данных Господом через Сведенборга? Во первых, он разъяснил проблему с троебожием. То есть он четко показал, что Иисус Христос после прославления – это Бог. В котором Отец – это душа, а Сын – это субстанциональное тело, которое, Духом Святым, этим субстанциональным телом пребывает во всяком живущем на земле, откуда Он его просветляет. То есть из благолюбия, как духовной составляющей божественной любви, в сознании у каждого человека является побуждение сначала к доброму природному. Когда же он делает доброе природное, – а первое доброе природное это борьба против грехов и зол жизни, как греха против Господа, – тогда это доброе природное исполняется добрым духовным. И он получает у себя присутствие Господнего субстанционального. То есть его органические формы сознания, в которых доброе благолюбия господствует в форме истинного разумения Слова, превращает его в письмена Бога живого, то есть в органические формы духа Святого. То есть все, что в его сознании... вот эта новая прививка, знаете, как на дикой яблоне новая веточка, – и она растет, и новая крона появляется, и даже если есть ветки от старой кроны, – вот эта новая крона есть присутствие в нем Духа Святого.
А второе, что это дало, – это понимание всех заповедей, начиная с заповедей Ветхого Завета и кончая духовными заповедями Нового Завета, в той форме, в которой они могут быть приспособлены к исполнению человека в мире. Так, чтобы человек постоянно не вступал в конфликт с окружающими, с экономическими законами, с общественными законами. То есть человек в Новой Церкви может исполнять все заповеди Нового Завета внутренне духовно так, что он прекрасно вписывается в любую экономическую систему, – что капитализм, что коммунизм, что рабовладельческое общество и так далее. Потому что он понимает, как ему надо жить правильно.
Опять же, если человек может что-то понять неправильно, он может понять неправильно. И это часто так и происходит в Новой Церкви. Например, один из первых, принявших это учение, был плантатором на Ямайке. Это еще конец 18 века. И он приехал... а потом, когда он этого начитался, он всех своих рабов освободил, раздал все земли своим рабам. А сам – его приятель дал ему хижину на своем участке, и вот он нищим жил в этой хижине. Ну, такое понимание тоже было.
Опять же, иногда прорывает, начинают говорить: «Вот, подлинный человек Новой Церкви не должен употреблять алкоголь», и начинают доказывать. Потом еще что-нибудь в этом роде. Некоторые говорят: «Вот, мы хотим быть небесными». А как «небесными»? «Вот, Сведенборг пишет, что небесные ходили босиком. Если мы будем ходить босиком, то, может, мы тоже уже будем, как эти небесные, может, уже [сами] будем небесными?» То есть и в Новой Церкви остается возможность ложного понимания, если человек прилежно не изучает, не строит свое рассудочное, не освобождается. То есть не раздает свое старое имущество внутренне нищим, а, наоборот, пытается тащить его в Новую Церковь.
Но все равно христианин в Новой Церкви, в этом втором божественном пришествии, он может исполнить все заповеди Евангелия буквальные, то есть первого пришествия правильно, потому что он рассудочно может понимать их из книг нового Откровения так, что он прекрасно вписывается во внешнее, социальное, природное и так далее.
Вот если он читает, что нужно, скажем, раздать всё имущество бедным, он идет к тексту Латинского Слова и читает, что это значит. Если он читает, что если у тебе взяли плащ, отдать рубашку, то он идет к Латинскому Слову и читает, что это значит. Духовно у него отпадает проблема с тем, что он не исполняет этого буквально. Только лишь бы он развивал в себе рассудочное, и лишь бы он учился это всё понимать.
– А насчет завтрашнего дня?
– О завтрашнем дне – то же самое. По внутреннему это относится к тому, что человек не должен строить себе всеобъемлющих гипотез. Когда он читает Латинское Слово, читает Ветхий и Новый Завет через него, и он себе составляет какие-то представления, – это называется доктрина или же учение. Но он должен... вот как манна на сегодня. Это как бы рабочая гипотеза, он не должен абсолютизировать это учение, думать, что он уже постиг всю истину. А понимать, что это его ежедневное пропитание на сегодня. То есть вот сейчас он понимает так, но завтра – вот как манна портилась под конец дня, – завтра это всё испортится, а Господь даст новое понимание. А если старая манна останется, то у него будет соблазн есть эту манну, и он еще ею и отравится, потому что она испортилась.
Или как вот в этой притче, когда богатый человек получил колоссальный урожай, собрал его и начал прикидывать, что я вот сейчас построю множество амбаров, сложу и на много лет будет пить, гулять душа моя. А ему говорят: «Безумный! Сегодня ночью за тобой придут, и заберут душу твою, и кому достанется всё, что ты собрал?» То есть вот в самом внутреннем, духовном смысле это значит это.
Но и в практической жизни это можно применять. То есть человек должен верить в божественное Провидение. Он должен заготовлять на завтра, – ну вот, как бы что-то собирать, какую-то подушку делать, – но он не должен это абсолютизировать, он не должен думать, что он навсегда себе всё обеспечил. Он должен понимать, что завтра божественное Провидение будет такое – ураган придет, война начнется, инфляция, все твои накопления сгорят, – но что Господь о тебе завтра позаботится. Если Он тебе сегодня дал хлеба, то Он тебе и завтра даст хлеба, если на то будет Его божественное Провидение. Вот можно понимать и так эту заповедь.
То есть любая заповедь в Слове имеет многомерное значение. Есть значения, относящиеся к богословскому накоплению, созданию доктрины веры. Есть даже то, что относится к личному жизни, но это надо привлекать, опять же, к понятию о божественном Провидении: что Господь каждую минуту заботится о человеке, и что если Он провидением дал тебе сегодня это, то ты не должен постоянно ночами не спать: «А что будет завтра, что произойдет завтра, что свалится?» Даст Бог день, даст Бог пищу. Даже если сегодня началась война, ты должен понимать, что завтра, да, возможно, ты погибнешь на этой войне, но, значит, на то было божественное Провидение. Или ты там умрешь от голода, когда всё вокруг... Но если Господь решит, что твоя жизнь должна продлиться, то Он тебе твою пищу найдет.
Я приведу такой пример, это из биографии, реальный. Был такой писатель – Виктор Некрасов. У его матери было два сына, и они жили во Франции. Они дворяне были, естественно. И потом они зачем-то приехали в Россию в 16-м году и как раз попали – они в Киеве жили – попали в эту революцию. И старший сын, он ходил, у него были в сумке французские книжки, ему лет 16 было. И его солдаты остановили, нашли книжки на иностранном языке – «О, шпион!» и запороли шомполами. И, по идее, и мать с младшим сыном тоже должны были сгинуть. Но мать жила там, к ним в квартиру подселили, – знаете, тогда подселяли, – какого-то работника ЧК. А этот работник ЧК – она была врачом, а этот работник ЧК... ну, понятно, всегда приятно иметь своего домашнего врача у себя дома, – и этот работник ЧК фактически сохранил и мать, и младшего сына от уничтожения. Она его лечила, и они так жили. И вот, как бы, Господь позаботился, да. А если бы не поселил этого чекиста, то они бы разделили судьбу старшего сына. Но у старшего сына, видимо, такое уж было божественное Провидение, что он должен был уйти, чтобы тут не мучиться, уйти в вечность. Потому что, я так думаю, что он бы этой жизни не принял и тут бы не смог прижиться. А мать, младший сын, как-то смогли.
Младший сын со временем пошел на войну, там стал офицером саперного батальона, потом стал писателем после войны. Потом его выкинули из Советского Союза, и он там жил где-то у родственников, в Швейцарии, писал. Ну вот, Господь и сохранил и ее, и его. И он внес свою лепту в культуру; его книжки – они составляют достаточно интересную и значительную часть культуры русской, я бы сказал так, русскоязычно-украинской, потому что он был киевским писателем, он был в Союзе писателей именно Украины. И вот от него остались книжки, он внес свою лепту в культуру.
То есть нужно полагаться на божественное Провидение. Потому что человек-атеист, он постоянно... или даже человек, вроде бы верующий, но который не верит в божественное Провидение во всякой частности, – он постоянно переживает: а что же будет завтра, завтра я что-то потеряю, что-то разорится, покалечат, еще что-то. И это его постоянно мучает, он ночей не спит, думает – что же будет дальше? И постоянно вот этот ужас на его жизни накладывается. А человек верующий – он все относит на Господа. Господь всем управляет до последней частности. Если надо будет, Он обо мне позаботится, а если божественное Провидение будет такое, что я должен буду уйти, – значит, такое божественное Провидение. Потому что Он во всем взирает только к духовному доброму.
– У меня есть вопрос. Понятие о «подсознании», и как это связано с гипнозом. Все знают, что существуют гипнотические состояния у человека. Все спиритизеры, которые это могут делать, вызывают это подсознание. Как это на основе нашего Учения можно определить – что это? Как это работает, какие духи там участвуют? Восторженные духи, или действительно ангельские какие-то?
– Ну, согласно Латинскому Слову, никакой такой внешне-материальной вселенной, сосуществующей Богу, не существует, а сознание творится в нисходящей последовательности из самых высших степеней, потом через небесную, потом через духовную, потом через духовно-природную, а потом творится чувственное. На эту тему было целое занятие, где я нашел прямую цитату в Латинском Слове, что «природное» и «материальное» означает чувственное. Чувственное более внутреннее – это природное, и самое внешнее – это материальное. Но оно не только означает, оно так и есть в реальности.
То есть нам представляется, что мы живем в некой такой материальной вселенной, которая управляется по неким таким законам природы, и что всё в этом мире неизменно. Вот, если работает закон сохранения энергии, закон сохранения вещества – если у тебя есть пять хлебов, то они так и останутся пятью хлебами, – и через минуту, и через час, и через... И пять человек их могут съесть, но не больше. А на самом деле, всё это – только видимость нашего чувственного восприятия, которое отражает наитием духовную реальность. Почему вот этот стол существует? – потому что он отражает определённую духовную реальность. Он является воплощением в чувственной форме нашего восприятия определённого рода духовных служений, которые здесь представительствуются, вот, столом, на котором можно поставить чашки, микрофон, использовать его для чего-то. И вот так же всё остальное.
И то, что эти предметы имеют продолженность, – вот этот стол стоит, и он будет тут стоять через час, через два, через три, – это только потому, что это постоянно воспроизводится. Каждое следующее мгновение реальность воспроизводится так, что она мало отличается от предыдущей. Она отличается, – от этого мы воспринимаем иллюзию движения. Вот этот стол, например, – я в свое время этим занимался, – если его, так сказать, линия по четвёртому измерению параллельна нашей линии, то он кажется неподвижным. А если вдруг его линия отклонится с помощью каких-то воздействий, – ну, его схватят, понесут, – то он будет нам казаться движущимся. Хотя на самом деле, всякое новое мгновение возникает его разное положение. Вот как, знаете, в блокнотике человека нарисуют в различных фазах движения, а потом быстро перелистывают, и создаётся впечатление, что человечек машет руками, палкой и так далее.
И, соответственно, когда человек отрешается от этого... Во-первых, это чувственное может меняться, причём любым образом. Вот, мы это уже разбирали. Гипноз (это реальные опыты), человека гипнотизируют. Что значит – гипнотизируют? Его отодвигают от его линии чувственного восприятия, более внутренней, оттуда, откуда всё это формируется. Ему говорят, касаясь карандашом, что его коснулись сигаретой. И у него возникает ожог. То есть не ему кажется, что у него возникает ожог, а тот, кто его коснулся, зрители – все видят: у него возник ожог. Как это может произойти? Все видят, что его коснулись карандашом, а ему представляется, что его коснулись горящей сигаретой. То есть его представление о реальности воздействует таким образом, что формирует его тело, и не только его тело для его собственного восприятия, но и зрителей, которые находятся вокруг, потому что они тоже видят ожог. А согласитесь, это не хуже, чем размножение хлебов в руках у Господа, когда там 5 хлебов превращаются в 7 тысяч. Как это так: от холодного предмета возникает ожог? Это нарушение всех законов природы, как мы их привыкли представлять.
Точно так же, когда люди употребляют психоделики. Они отрешаются от своего чувственного. Мы находимся в этой общей для нас всех реальности, только потому, что мы полностью сосредоточены на нашем чувственном. А это чувственное – это точка сборки. Вот к нему нанизываются, на него присоединяются влияния множества духов, которые и создают видимость вокруг нас различных чувственных материальных предметов. Опять же, пространство – это чувственное восприятие духов, определённого духовного состояния в том мире; временнАя прогрессия – это восприятие вот этого духовного изменения.
И Господь это всё делает таким образом, чтобы оно нам казалось логически последовательным. Вот отсюда возникает представление о неких извечных законах природы, о том, что энергия не исчезает и не возникает, сохранение материи и так далее. Почему? Потому что через наш чувственный опыт формируется наше чувственное ощущение, а через их осмысление формируется наше рассудочное.
Когда это рассудочное изучает наш чувственный опыт и оно получает... вот такой вид, например: вот, мы взяли чайник, поставили на огонь, он закипел, – возникает логическая цепочка действий: всякий раз, когда я ставлю чайник на огонь, он закипает. Всякий раз, когда я его ставлю на лёд, он охлаждается. Но это представительствуют по соответствиям определённые ДУХОВНЫЕ законы. И через формирование нашего разумения, а потом рассудочного по этим законам, оно формируется в согласии с этими внутренними духовными законами, которые проявляются через законы природы, вот эти вот законы внешние.
И поэтому, когда... вот, как матрица формируется. Человек как матрица формируется. Это можно сравнить с отливкой, как металл отливают. Вот, сначала делают форму. Форму делают восковую, потом забивают опалубкой. А потом туда заливают металл. Воск испаряется, и он заполняет всю эту пустоту, которая образовалась исчезновением вот этой восковой формы. И получается уже металлическая деталь, – золотая, серебряная, медная, какая угодно.
И вот точно так же, через подчинение нашего чувственного восприятия последовательности законов, которые мы воспринимаем как законы материального мира, формируется вот эта вот форма, да? А потом она берется в опалубку, и в нее заливается металл. Что такое? – Всё наше сознание, когда мы... останавливается наша жизнь в этом мире, мы умираем...
Одновременно с формированием нашей внешней, природной памяти, в нас формируется память внутренняя, духовная. Но мы ее тут не видим, она присутствует как бы потенциально у нас.
А когда человек умер, тело его рассыпается...
Потому что через тело всё это, через чувственное познание формируется внутренняя память, но так как она пребывает в раздельной степени, то она формируется по соответствиям.
И тогда, когда все его состояния... природная связь исчезла, духи разошлись, которые организовывали его природное состояние сознания, [тогда] в том мире начинают возвращаться состояния духовные, которые соответствовали природным. И человек опять в том мире формируется заново. Все эти состояния возвращаются, он там как бы заново проживает свою жизнь, формируясь в человека. Но он уже живет там духовным чувственным, по духовным законам, и всё, что в нем сформировало вот это вот природное, оно там воплощается в органические формы его сознания и в органические формы его духовного тела, которые полностью подобны представительностями по соответствиям его природным состояниям.
То есть задача этих природных состояний – сформировать духовную самостоятельную личность, которая себя бы чувствовала, что она живет отдельно, сама по себе, от Творца вселенной.
А когда... Вот, почему Господь не любит без крайней необходимости проявлять чудеса? Потому, что чудеса разрушают эту последовательность накопления рассудочного опыта и разумения, и деталь получается кривой. То есть человек перестает мыслить природно-рассудочно. А если нет здорового природно-рассудочного мышления, то сознание рассыпается, и оно не может быть ни просветлено духовно, не может быть в том мире восстановлено духовно в той же последовательности. А чудо – оно такое нарушает.
Вот помните, когда Господь накормил этих хлебами, Он же не построил всех перед собой, не говорил: «Вот, смотрите, что я сейчас сделаю!» Нет. Он как бы брал... лежали пять хлебов, сидели апостолы, Он им передавал, передавал и передавал. И только когда это закончилось, они сообразили: что-то чересчур много этих хлебов получилось, – вон, смотрите сколько корзин. А когда они получали, они были как бы заморожены, они это не воспринимали как чудо, это было отключено. И очень редко... вот, тот случай, когда Он шел по воде к ним, – вот это было прямое чудо, и это на их сознание оказывало влияние.
Если вы возьмёте чайник, поставите на огонь, а он вдруг покроется ледяной коркой, вы перестанете доверять своему чувственному опыту, вы не сможете дальше жить в этом направлении. Об этом можно рассуждать, об этом говорить... Знаете, бывают такие случаи, когда с тобой что-то случается, как чудо, да? – это может быть не чудо, может ты неправильно понял, – вспомните, какой вы стресс при этом переживаете. А если бы это было настоящее чудо? Поэтому, когда люди начинают заниматься, – вот, употреблять всякие психоделики и так далее, – это разрушает их рассудочное мышление.
Это на самом деле... да, они получают доступ к внутреннему опыту, да, они видят то, что называется внутренней реальностью. То есть они видят те духовные реальности, которые стоят за природными реальностями, которым природные реальности соответствуют. Но чему это им помогает? Что, они делаются от этого лучше? Они начинают от этого лучше исполнять заповеди, они становятся лучшими людьми? Да ничего подобного. Они просто перестают быть нормальными природными людьми.
Вот такой опыт был проведен. Психоделики давали животным, например обезьянам. И обезьяна не сходила с ума, она продолжала жить дальше. Но она… единственное, что произошло, она перестала подчиняться социальным законам стаи. Она начала их полностью игнорировать.
И то же происходит с людьми. Люди, которые сели на психоделики, они для общества потерянные люди. Они уже никогда не будут жить по законам социальным. И, соответственно, они не будут соблюдать заповеди.
Вот там все эти ашрамы, которые организовывались вокруг ЛСД, ну, тех же хипарей возьмите. Там так называемая свободная любовь, то есть блуд был доведен до максимальной степени. Опять же, хипари не заморачивались украсть чужое имущество. Был какой-то фильм американский, была община хипарей, и они крали курей у фермера, и фермер их начал отстреливать. Они думали: «Ну чё, имущество? Я голодный. Чего я не могу украсть эту курицу, съесть?» То есть понятие заповеди, что «не кради», у них не было. И то же самое остальное – ложь, ненависть. Это только рассказывали, какие они там хорошие дети цветы. А на самом деле там всякое было.
И поэтому гипноз очень вреден на самом деле, потому что он разрушает… Это, фактически, разновидность магии. Это способ с помощью вербального влияния сделать то, что психоделики делают в химическом: это разрушить сознание и подчинить сознание.
Вот у меня есть такой текст. Там человек, который знаком с этим, он описывает, что такое магия. Говорит, магия – это не о получении предметов из ниоткуда. Это не для размножения имущества. Магия – это прежде всего подчинение себе сознания других людей.
Вот, политики иногда используют эту магию. Гитлер был известен таким. Он, когда выступал, он буквально подчинял себе сознание людей. Причем, это было вневербальное воздействие. Потому что там человек, когда он пришел на митинг Гитлера, в смысле на собрание, вышел, и он уже был весь Гитлером. Он не мог просто поверить, что он такую чудо-речь слушал. А когда утром он ее прочел, транскрибированную в газетном листе, он не мог понять, что там такого, потому что там ничего особенного не было.
Но вот... Там один свидетель говорит, что невозможно описать влияние глаз Гитлера на человека. Он когда на него смотрел, он его полностью подчинял. А еще когда начинал говорить, то человек полностью терял способность самостоятельно себя контролировать, рассудочно анализировать, делать выводы какие-то, критичность всякую. И он так, в общем-то, целые толпы месмеризировал. Вот что такое настоящая магия. А эти шуточки там с касанием карандашом, пусть даже с размножением хлебов, это достаточно… Да, оно разрушает представление человека о последовательности этой реальности. Да, это влияет на его разумение и на формирование его рассудочного. Но вот способность подчинять других людей через вербальное влияние – это гораздо более страшная и гораздо более жуткая магия.
Вот, Сведенборг описывал, что Нефилимы – они могли настолько подчинять сознание человека себе, что человек просто у них в куклу превращался. Именно поэтому Нефилимов Господь, когда пришел в своем первом пришествии, еще в детстве, Он их низверг в преисподнюю и над ними поставил как бы такую туманную скалу. Потому что если они оттуда вырываются, ни один современный человек ему сопротивляться не может. Просто на него смотрит, и он, как змея, его парализует.
Вот известно, что змея, когда смотрит на птицу, она ее парализует, и птица даже улететь не может. Это тоже вот такое магическое воздействие, только на уровне животных. А это бывает у людей.
И вот, Латинское Слово полностью, – если только тщательно его анализировать, – оно полностью раскрывает механизмы всех этих эзотерических чудес, гипноза и так далее. То есть он перестает быть загадочным. Но прежде всего оно объясняет, что нет вот этой вот материальной реальности, на которую ты можешь влиять только материально. Что да, в обычной нашей жизни мы на материальную реальность можем влиять только через материальные же действия. Но при должном подходе можно менять материальную реальность влиянием на неё не-материальным. Из чего становится очевидным, что материальная реальность – это лишь видимость нашего чувственного восприятия.
Вот как на это чувственное восприятие влияешь, вот такую реальность ты и видишь. Ну, вот как с этим обжиганием карандашом под видом сигареты.
Вообще, на самом деле, чтО заложено в Латинском Слове, – большинство людей не видит и одного процента того, что там находится. И им это в общем-то даже и не нужно. Потому что там вот в «Тайнах Небесных» есть такое место, где после очень долгих метафизических рассуждений, объясняющих какую-то частность, связанную с Господней Божественностью, следует такая фраза: «Но в общем человеку для спасения это знать не нужно». Для спасения ему нужно знать несколько простых вещей. Что в Иисусе Христе вся полнота Божества воплотилась телесно, что Иисус Христос – это Бог, который постоянно с нами присутствует. И что Он от нас требует исполнения второй половины Десятисловия, а в результате, если мы исполняем его вторую половину, Он исполняет первую. И тогда мы получаем духовный доступ через рациональное понимание к заповедям Нового Завета и становимся подлинными христианами.
Вот это нужно для нашего спасения. А все эти вот внутренние вещи, связанные с изменением реальности и так далее, они для нашего спасения не нужны. А иногда, – вернее, не иногда, а часто, – если в них залазить, могут оказаться и очень вредными. Потому что, так как мы люди злые, то это будет побуждать нас применять их для магических занятий.
Возникает, правда, вопрос: зачем тогда Господь это сделал? Зачем вообще? Почему бы? Но там были свои причины, и одна из них та, что через сознание Сведенборга Господь менял расположение обществ, в том числе ангельских, в духовном мире. И вот всё, что нам осталось, все эти материалы, все эти описания и так далее, – это те процессы, которые происходили в уме Сведенборга, посредством чего Господь менял положение сообществ в духовном мире и вообще внутреннюю структуру вселенной.
Ну, а нам они остались в виде записей. Причем Господь часто людей от них отпугивает. Ну вот, многих Он отпугивает от Латинского Слова тем, что им там рассказывают, что это все эзотерика, что это как Блаватская, и так далее. А тех, кто находятся внутри, что все неопубликованные произведения Сведенборга – это не является Словом, а Словом являются только опубликованные. А как раз именно в неопубликованных произведениях очень много того, что не было заполировано. Где вот эти механизмы раскрытия внутренней реальности остались в обнаженном виде. Но большинство людей их или вообще не понимают, – для них тот же «Дневник снов» звучит просто как бред какой-то, – или их отпугивают тем, что вам это не надо, потому что оно не было опубликовано, поэтому оно не Слово, это всё черновики, не обращайте на него внимания...
Но на самом деле Латинское Слово может объяснить всё. Это звучит... Ну, оно, допустим, не может непосредственно объяснить работу процессора компьютера. Но опосредованно оно может объяснить и это, потому что через него можно понять, как строится материальная реальность, как она возникает. До работы компьютера там еще много чего можно, но по сути, если ты владеешь хорошо на рассудочном уровне Латинским Словом, ты можешь понять любые научные достижения, любые научные открытия, и понять их внутренне, духовно, а не внешне, – научно, природно, как их понимают те, кто их делает.
То есть, на самом деле, Латинское Слово при должном подходе не боится никаких научных проверок, научных достижений и так далее. Наоборот, при правильном его осмыслении, оно может всё это объяснить внутренне, духовно, и через это даже дать понимание тонкостей некоторых внутренних духовных, через научности натурфилософии современного природного, через ту же физику, химию и так далее. Потому что оно дает метод восприятия и метод анализа. Но чтобы овладеть этим методом, – да...
И самое главное, что нам надо заботиться не об этом, – как это говорится: чтО тебе, если ты весь мир себе приобретешь, но душу свою потеряешь? Мы должны прежде всего заботиться о духовном спасении себя от зол жизни. А тогда, если уже всё это нам будет не вредно и душеполезно, Господь даст и понимание всего другого.
Но пока, и прежде всего нам надо сосредотачиваться именно на борьбе со злами, как грехами перед Господом и на всё более таком частном, подробном понимании заповедей Ветхого и Нового Завета в отношении нашей вот собственной жизни. Потому что люди часто озабочены преобразованием общества, – ну, всякие там политические активисты, – когда их собственная жизнь находится в полном беспорядке и разоре. И они собираются осчастливливать всё человечество, а не могут самих себя спасти от элементарных похотей, зол и недобрых побуждений. И если, не дай Бог, они дорываются до власти, то из них такие получаются «спасители человечества», что потом человечество ещё долго залечиться не может после этого.
– Можно ли сказать, что подсознание является духовной памятью?
– Ну, термин «подсознание», он определяет всё, что находится вне нашего рассудочного контроля. И да, весь духовный мир – это то, что наши психологи определяют как подсознание, и пытаются вычислить процессы, которые там происходят.
Кстати, я сейчас наткнулся на такую книжку, «Рациональная психология». Она у меня давно была, я ее еще из Штатов в свое время вывез. Но я сейчас начал читать... Вот там дана механика работы природной физиологии сознания. И это такая книжка... Вот я только её начал читать, она начинается, например, из описания органов восприятия чувств. И она даёт и внешнее восприятие (пять органов чувств), и внутреннее. И там такие вещи заложены, что вот эти бедные психологи...
Потому что для них, как бы... Вот, сознание они могут определить, да? Ну, там, сознание – оно поддается нашему рассудочному осмыслению и контролю. Но они понимают, что есть нечто, которое выходит за рамки природного рассудочного осознания и контроля. И это всё они определяют термином «подсознание». Но чтО в этом подсознании? как с этим подсознанием? как с ним работать? – они с этим работают методом тыка. Вот, типа этих фрейдистов и так далее. Иногда очень неплохо работают, на внешнем природном уровне, иногда у них очень неплохо получается.
Есть такой автор, он считается комиком. Сейчас из головы выскочило... Помните, по нему фильм был снят, «Не может быть», новеллы такие. А, Зощенко, да, Зощенко. Ну, у меня всегда Зощенко был, ну вот, как юморист, типа того же Жванецкого, и так далее. А потом я наткнулся на его книгу, она как-то называется... «Перед рассветом» или что-то такое. Эта книга – колоссальный психологический анализ внутренних состояний человека, основанный на его осмыслении и освобождении от каких-то, так сказать... как детских, как бы сказать, комплексов, но это, на самом деле, уродований сознания, которые потом уродовали всю его жизнь.
И потом я пошел в его биографию. Оказалось, что он был студентом юридического факультета второго курса. Началась война. Он ушел на войну. Через вольноопределяющихся получил офицерское звание. Всю войну провоевал на фронте, в результате стал штабс-капитаном, получал кучу орденов, включая орден Святого Владимира. И когда началась революция, – он был во Владивостоке, – ему предлагали англичане, когда эвакуировались, уехать с ними. Он отказался и остался в Советском Союзе. Потом работал сапожником, там, всякие такие работы. И потом он стал писателем и начал писать вот эти вот свои короткие рассказы, он жил с этого.
Но, оказывается, он был человек исключительного образования. И вот эта его книга... – ну как же она называется, что-то «Восход солнца», или что-то в этом роде, – настолько колоссальный психологический анализ, что всякие там фрейды могут просто спрятаться. И это работает. Он и себе помог, и помогал другим людям.
Но на самом деле, лучше всего работает духовная психология. Вот, есть несколько психологов, которые свои работы основывали на чтении Сведенборга. И вот тогда ты работаешь с подсознанием не как со стихийным морем, из которого что-то приходит, как из черного ящика, а тут что-то выскакивает, а тут что-то уходит, – а ты четко понимаешь, чтО именно и каким образом влияет на наши сознательные процессы, на то, что мы воспринимаем как материальную реальность, и можешь делать выводы, и можешь что-то исправлять. Но это очень опасно, опять же я подчеркиваю, потому что для человека невозрожденного тут очень большой соблазн начать применять это в магических целях. А это дает исключительно мощные инструменты для применения в магических целях.
Но подсознание да, «подсознание» – это вот физиологи туда заводят всё, чего они не понимают, что относится к миру духовному.
– Последняя лекция «О протяжённости помыслов человеческих в мир духовный». Коротко, на примере каком-нибудь, еще раз разъясните вот этот момент: влияние наших помышлений на духовный мир, на ангелов небесных, духовно-природных, адских.
– Всё, что человек складирует в своей... Вот, у духов отсутствует последняя степень, или же степень природная. Вернее, она у них есть, но она у них усыплена. И поэтому они используют природную степень человека, того, к которому они присоединены, или же с которым они ассоциированы. И злые духи обитают в злых помышлениях человека, а добрые духи обитают в добрых помышлениях человека, особенно же – в помышлениях, взятых из Священного Писания. А самое лучшее – из Божественного Слова, там могут обитать даже ангелы Господни. Но эти все помышления, сами по себе, – их основа мертва. То есть их основа – что? Это всё, что накоплено в нашей памяти природной, все наши познания памяти природной. Но они по себе просто, вот как, знаете, в кладовке что-то сложили, вот лежат там всякие вещи. А духи их оттуда извлекают и оживотворяют. То есть они через наше рассудочное, через наше разумение воплощают их в действие жизни.
Вот, дух – это побуждение; оно входит, возбуждает в нас вот эти вот сложенные познания памяти, и через них мы ЗНАЕМ. Духи заставляют нас производить какие-то действия. Ну, вот например, чувство голода. Так чувство голода – оно как бы мечется и всё, а так оно – побуждение памяти: мы знаем, чтО такое пища, как удовлетворять это через пищу, какая пища вредная, какая полезная. И, у нас возникло чувство голода, – мы извлекли, вот, нужную пищу. Мы идем, покупаем какую-нибудь вкуснятинку, садимся, ее кушаем. Всего этого бы не было, если бы не было кооперации человека, как подложки, и духа, как побуждающего его к действиям.
Но когда человек, побуждённый духом, совершает действие, это превращается, уже в восходящей последовательности, в его внутреннюю память. Это действие создаёт уже его собственное... То есть побуждение от духа через действие переливается в его собственное побуждение и формирует его внутреннюю память, которая есть память актуальных побуждений жизни человека. И вот так накапливается то, что потом его воссоздаст в мире духовном после смерти.
Но если бы не было... Что значит «протяженность»? Это кажется, в этом выражении, что человек протягивает что-то к духам. И так оно выглядит, потому что это видимость второго порядка. Но на самом деле протяженность – от духов к человеку, как сосуду природному, и исполнение этого природного сосуда побуждений и воплощение просто познаний памяти в ПОМЫСЛЫ – логические, рассудочные, аналитические, – которые затем воплощаются в формы внешние действий природных его, так сказать, внешней материальной реальности.
То есть, вот, Сведенборг говорит, что: «Если бы у человека не было протяженности его помыслов в мир духовный, то у него не было бы никаких помыслов». А протяженность, на самом деле, – из мира духовного, потому что она оживотворяет его помыслы. Но человеку кажется, что это он в ту реальность протягивает свои помыслы и воздействует на духов. Но так как эта видимость, она реальная, то таким образом человек может воздействовать и менять положение даже целых духовных сообществ, потому что последним началам, – вот этим природным ожитворенным началам, – принадлежит вся сила и могущество.
Вот так вот Господь, Он для того взял последнее начало, – то есть природное человеческое, вот эти вот познания памяти, которые Он как человек, живущий в мире, Иисус Христос, накапливал, – для того, чтобы изменить положение и небес, и адов, и мира духов, произвести над ними Страшный Суд, и полностью поменять внутреннее строение вселенной до самых его высших степеней. А потом еще, взойдя к своему божественному первому исходящему, – то есть самой высшей степени творения, или же Солнцу мира духовного, – еще и обожествить всё это человеческое, уже в возвратном, так сказать, движении, и стать всей полнотой Божественного, воплощенной телесно.
И вот точно так же и через Сведенборга происходило во время второго пришествия изменение всех положений, но уже не всего мира духовного, а только того первого неба. То есть он менял первое небо, он развеял старое небо, создал новое первое небо и создал рассудочное мышление нашего человечества, заново переформировав. После чего высшие небеса через это рассудочное, или же небо духовно-природное, могли соединяться с чисто природными началами нашего человечества и протягивать свое влияние на помыслы человеческие, которые протягивались к ним.
Просто большинство людей, так как оно даже и не знает, что их помыслы связаны с соответствующими духовными сообществами, оно и не может на них влиять. А любой такой человек – он чисто страдательный; это духи влияют на его помыслы и через них воплощаются. И это хорошо, потому что, так как люди злые, они это моментально бы использовали в магических целях. Ну, вот так вот.
Но я еще буду продолжать этот цикл. (...) Мы соберемся для причастия и для празднования 19 июня, а потом уже, даст Бог, я продолжу вот эту тему с протяженностью помыслов людей в мир духовный. Потому что она как-то неожиданно начала разрастаться. Рассчитывал, что она будет на два занятия, а будет четвёртое, как минимум пятое, а потом, возможно, и шестое.
(Общая молитва)